Бабёныш-ягёныш сказки. рассказы. стихи.

Домовенок Кузька-15

Страница 1 из 7

Домовенок Кузька и Бабёныш-Ягёныш (сказка)

Глава 1. «А у нас в Антарктиде»

— Охти мне, батюшки, охти мне, матушки, — мечется по избе домовенок Кузька, — ставни не покрашены, печка не побелена, на полу бумажка от конфетки валяется. Позор на мои лапти!Чуть не плачет домовенок. Вот-вот гости на пороге покажутся, а изба еще не в полной готовности. А для домовых самый страшный позор, если гости непорядок в их владениях заметят.

Разнесут гости по всему белому свету весть о бесхозяйственном домовом и будут звать такого домового некошным. И лапы ему никто не подаст.И главное — не так уж и виноват Кузька. Было бы у него время — заставил бы дедушку ставни покрасить, попросил бы бабушку печь перебелить, велел бы Лидочке, внучке их, бумажку с пола поднять.

Лидочка была хорошая девочка, но вот никак не могла с бумажками справиться: так они и сигали у нее из рук на пол, так и сигали! Надо сказать, что раньше Кузька дружил со старшей сестрой Лидочки — Анюткой, но сейчас Анютка выросла и перестала замечать домового.

Есть у людей такая непонятная особенность: видят их только совсем маленькие, как Лидочка, и совсем старенькие, как бабушка Настасья.Итак, сейчас у Кузьки не было самого главного — времени. Только сейчас сказала Лидочка, что должен приехать к ним на лето братец двоюродный из города — Матвейка.— Из города? — перестал на время причитать Кузька. — Не знаю такого.

Обратите внимание

Что это? Далеко это?Лидочка сама никогда не была в городе, но от дедушки про город слыхала. Правда, она не очень верила во все, что рассказывал дед.— Город — это такая больша-а-ая деревня. Ну если бы к нашей еще соседнюю приставить. Людей там — видимо-невидимо. И все бегают, как мураши в муравейнике, и все спешат.

— Стоп-стоп, — перебил ее нетерпеливый домовенок, — куда спешат-то? На пожар или собрание?— Про пожары дедушка ничего не рассказывал, — немного подумав, отвечает Лидочка, — в собрание, верно. И так спешат они в это собрание, что не успевают не только про здоровье родственников расспросить, но и поздороваться.— Ух ты! — удивился домовенок.

Уж он-то никогда бы не прошел мимо встречного домового. И про его родных поспрашивал бы, и про своих рассказал. И про Нафаню, и про Сюра, и про Афоньку, и про Адоньку, и про Вокулочку, и про Сосипатрика, и про Лютонюшку, и про Кувыку. Да мало ли родственников у домовенка!— И так им там, бедным, тесно, что живут они на голове друг у друга.

— Ой, мамочки, — охрип от перепуга Кузька, — прям так и бегают по улицам? Один снизу, а другой сверху?— Нет, — успокоила его Лидочка, — бегают они нормально, по одному, а вот дома друг на дружку ставят.— И огороды ставят? — не поверил домовенок.

— И коровники?— Нет у них ни огородов, ни коровников, — опустила голову девочка, — негде им клубнички сажать, негде коровок пасти.— Ой, папочки, — еще больше охрип домовенок, — и такие люди к нам в гости едут?— Только один такой. И то — маленький.Задумался Кузька.

Это что же получается? Живут они тут, горя не знают, а на свете такое делается! Такое! И никто тревогу не поднимает. Никто не реагирует. Никто спасать городских жителей не бежит. И куда только их домовые смотрят? А он-то за небеленую печь волновался!— Мы этого вашего Матвейку голубить будем, — решил он, — молочка попробовать дадим, на травку гулять выпустим, коровку покажем.— Едут, едут, — прервал его крик со двора, — гости едут.

Матвейка оказался совсем не таким, каким представлял его Кузька. Домовенок думал, что приедет чумазенький ребенок с тонкими синими ручками, будет все время бегать по кругу, озираться и пытаться кому-нибудь на голову забраться. А Матвейка был совсем не похож на городского; щеки круглые, уши солидные, взгляд важный, рубаха алая, козырек блестящий.

— Что-то тут не так, — решил Кузька, — никак Баба Яга нашего бедного Матвейку в полон забрала, а этого сытого Бабеныша Ягеныша нам подсунула.А того не понимает Кузька, что не резон Бабе Яге тощего мальчишку забирать, а толстого отдавать. Тощего-то еще откормить надо — что на жаркое, что на супчик.

Решил домовенок спрятаться до поры, до времени и понаблюдать, что этот щекастый Матвейка делать будет. Для домовенка спрятаться нет никакой трудности. Захочет — в любую щель пролезет, захочет — невидимым сделается. Если успеет. Сделался Кузька невидимым и сел на загнетку, ножки свесил.

Ему-то с печки всех видно, все слышно.

Сидит Матвейка за столом, все вокруг него собрались, радуются: бабушка блины подкладывает, Лидочка сметану поближе пододвигает, дед просто так сидит. Дедушкам не положено за столом хозяйничать. У дедушек других забот полно.

— Да что там ваши куры! — важничает Матвейка. — Есть такие куры, что яйца несут размером с крынку.— Это в городе? — не верит Лидочка. Говорили же ей, что в городе места нет для курятников.— Нет, не в городе, в Антарктиде, — отвечает Матвейка. — Страна такая есть на юге. Эти куры и в упряжках бегают, и вместо собак на цепи сидеть умеют.

Лаять — не лают, а клюнут — мало не покажется.— Так это не кура, это просто незаменимая животина получется, — завидует дедушка, — вот бы нам такую на двор! А то от Тобика одна польза — гавкает громко, а яиц не несет, в упряжке не бегает. И как же это чудо природное называется?— Живафа, — отвечает Матвейка, пытаясь прожевать целый блин, засунутый за щеку.

— А вот и не жирафа, не жирафа! — кричит Лидочка. — Жирафа у меня в книжке есть и кроме красоты от нее никакой пользы — только листья, как гусеница ест.— Ну не жирафа, — справляется с блином Матвейка, — а страус. Уж и забыть нельзя. До чего же ты, сестрица, придирчивая.Засмущалась Лидочка: и правда, негоже перед гостем умничать, в неловкое положение его ставить.

А Матвейке хоть бы хны. Знай, накладывает себе сметану на блин.— Ну, Лидочка, развлекай гостя, а я пойду Буренку доить, — поднимается бабушка.В деревне, конечно, все не бегают, как в городе, но и сидеть за разговорами времени нету, За бабушкой и дед ушел — кроме него, никто корове и лошадке сена не накосит.

— А я, — решила тоже прихвастнуть Лидочка, — с домовым дружу. И не только с ним, но и с шишигой, и с кикиморой запечной знакома.— Сказки, — облизал пальцы Матвейка, — в наш век невиданного прогресса науки и техники стыдно верить в бабушкины сказки.Примолкла Лидочка.

Важно

И чего это она, право? Человек из города приехал, прогресс науки и техники, может, своими глазами видел, а она ему — про домовых. Про обычных домовых, которых навалом в каждом доме, не то, что жирафов.

— Это я бабушкины сказки? Это в меня стыдно верить? — мечется Кузька на печи. — Ну ладно, я вам всем покажу сказки. Вот устрою забастовку, посмотрю, как вы без моей помощи хозяйство вести будете. И никакие чудо-куры вам не помогут!

Глава 2. Диета для коровы

И устроил. Решил ни во что не вмешиваться. Пусть дом развалится, пусть квашня убегает, пусть кошка сметану лакает — он будет только рад. Раз он «сказки» — справляйтесь сами.Сидит Кузька на загнетке, лицо гордое, неприступное, ногу на ногу положил, губу отпрюнил, глазки лохмотульками завесил.

Ничего видеть не желает! Не желает, а сам подсматривает. Обида-обидой, а интересно. Всего семь веков домовенку, это как семь лет ребенку, а для детей любопытство выше обиды.— Неправильно вы корову кормите, — выговаривает меж тем Матвейка Лидочке. — Ну что вы получаете от своей коровы?— Молоко, сливки, сметанку, маслице, — загибает пальчики Лидочка.

— Как, все сразу?— Нет! — хохочет девочка. — Сразу только молоко.— Вот-вот, — сердито говорит мальчик, — а все оттого, что не дружите вы с невиданным прогрессом науки и техники. Сто лет коров травой кормили, а ни один не догадался, что если ее на другую диету посадить, то она и газировку давать может, и керосин, и масло подсолнечное.

— Да зачем же нам столько газировки и масла? — не соглашается Лидочка. — Наша Буренка в день три доенки молока дает, масла нам столько не надо.— А зачем одно масло получать? Сегодня — масло, завтра — газировку, послезавтра — керосину хоть улейся!— Ой, как здорово это ты, братец, все придумал! — захлопала в ладошки Лидочка.

— А чем надо Буренку кормить, чтобы газировка была?— Думаю, клубникой, — почесал в затылке Матвейка, — в крайнем случае, если не лимонада, то хоть сиропа надоим. Тоже вещь полезная. Так где, говоришь, у вас тут клубника растет?Взяли ребята по лукошку и выскочили из избы.— Вот, беда-беда, огорчение! — заголосил Кузька.

— Теперь точно зиму без варенья голодать будем. А может, не будем? А может, вместо молока точно сироп пойдет?Сироп не пошел. Не пошел он и в этот день, не пошел и в следующий. Может, чуть-чуть молоко ягодой пахло, а может, Лидочке так только казалось.

Уж очень хотелось верить ей братцу! Даже Кузька несколько раз к крынке подбегал: и на вкус молоко пробовал, и так нюхал — молоко как молоко.— Это все оттого, что клубники мало, — оправдывается Матвейка, — вот если бы ведер пять-шесть…— Пять-шесть можно найти, — торопится Лидочка, — если со всей деревни собрать.— Нет.

Клубникой мы ее больше кормить не будем. Не в корову корм, как говорится. Мы пойдем другим путем. Будем изготавливать ряженку. Любишь ряженку?— Люблю, — жмурится от удовольствия девочка, — сначала молоко надо потомить в печке, да пенки не забывать в молоке топить, потом…

Читайте также:  Шепчущие следы рассказы н.сладкова о природе для детей сказки. рассказы. стихи.

— Е-рун-да! Эдак можно весь день эту самую ряженку делать. Как будто других дел нет. Ряженкой тоже должна заниматься корова. Говоришь, эту самую ряженку заквашивать надо? Чем-то кисленьким? Чего у вас тут кисленькое есть?

Предыдущая сказка

Ссора собак с кошками и кошек с мышами

Следующая сказка<\p>

Загадочный разговор

Источник: http://skazki.dy9.ru/domovenok-kuzka-15-domovenok-kuzka-i-babyonysh-yagyonysh/

Бабёныш-Ягёныш

Домовёнок Кузя. Глава 23. Бабёныш-Ягёныш

В ту зиму Лешику и деду Диадоху снились неспокойные сны. Старый леший всю зиму видел во сне топор. А его внуку снились серые избушки на курьих ножках, гонявшиеся за ним по всему лесу. Одна все-таки сцапала его огромными птичьими лапами и сказала: «А не пора ли вставать?»

Лешик поскорее вылез из короба. Дед Диадох еще крепко спал.

Была ранняя весна. Остатки снега белели на черной земле. Лешонок выбрался из берлоги, отряхнулся от приставших к нему в коробе сухих листьев — и бегом к другу.

«Ох, цел ли, жив ли? Этакий маленький породистый домовеночек, ему б расти-цвести!» — думал Лешик, мчавшийся по весенним ручьям и лужам, мокрый, как лягушонок.

Пряничный дом сиял на поляне, как весенний цветок. Лешик скорее заглянул в окно и глазам своим не поверил, ни левому, ни правому. В кровати, укрытый всеми одеялами, на всех перинах и подушках спал Кузька. В ногах у него дремал Кот. А у кровати, на полу, — половиком укрывшись, Кузькины лапти под головой — храпела Яга.

Лешик сел на крыльцо. Солнце глядело на него теплым взором. Лешонок обсох. Его зеленая шкурка снова стала пушистой. А он все сидел и думал. Может, все-таки и у домовых бывает зимняя спячка? Но, услышав голоса в доме, заглянул в дверь. Кузька сидел за столом и распоряжался:

— Не так, Баба Яга, и не эдак! Я что сказал? Хочу пирогов с творогом! А ты ватрушек напекла. У пирога творог где? Внутри. А у ватрушек? Сверху. Ешь теперь сама!

— Дитятко милое! Пирогов-то я с морковкой тебе напекла. А ватрушечки румяненькие, душистенькие, сами в рот просятся.

— В твой рот просятся, ты и ешь, — грубо отвечал Кузька. — Одно дитятко, и того накормить толком не можешь. Эх ты, Баба Яга — костяная нога!

— Чадушко мое бриллиантовое! Покушай, сделай милость! — уговаривала Яга, поливая медом гору ватрушек. — Горяченькие, свеженькие, с пылу с жару.

— Не хочу и не буду! — пробурчал Кузька. — Вот помру у тебя с голоду, тогда узнаешь.

— Ой-ой, голубчик мой золотенький! Прости меня, глупую бабу, не угодила! Может, петушка хочешь леденцового, на палочке?

— Петушка хочу! — смилостивился Кузька. Баба Яга побежала из избы и так торопилась, что не заметила Лешика, прищемила его дверью и полезла на крышу снимать леденцового петуха (он был вместо флюгера). Лешик пискнул, угодив промеж косяка и двери, но Кузька не заметил друга. А с крыши слышалось:

— Иду-иду, мой золотенький! Несу-несу тебе петушка, мой цыпленочек!

Кузька сидел напротив Кота и был гораздо толще его. Макал оладушки в сметану, запивал киселем, заедал кулебякой.

— Я сварю-напеку такого-эдакого, чего никто не видал и не едал. А видели бы, иззавидовались.

Кот ел пышки с начинкой. Они с Кузькой ухватились за одну особенно пышную пышку, молча потянули каждый к себе. Кузька хотел стукнуть Кота, но увидел Лешика, бросил пышку, заерзал на лавке:

— Садись, гостем будешь.

— Здравствуй, здравствуй, изумрудик мой зелененький! Каково спал-почивал? Что так рано встал? Дедуленька небось разбудил, послал внука к старой бабуленьке. Не ждали мы тебя в такую рань, — пропела Баба Яга, внимательно разглядывая лешонка.

— Дедушка еще спит. Я сам прибежал, — рассеянно ответил лешонок, узнавая и не узнавая друга.

Кузька стал похож на гриб-дождевик, «волчий табак», а ручки-ножки как у жука. Лешик говорит, а Кузька позевывает или — хлюп-хлюп — тянет чай из блюдца.

Вдруг он оживился, поругал Бабу Ягу: что, мол, за безобразие, неужто ничего повкуснее нельзя придумать, смотреть на еду противно. Проворчал и на Кота: разлегся, такой-сякой, чуть не пол-лавки занял.

Потом Кузька задремал и храпел во сне совсем как Баба Яга.

Совет

Проснулся, на друга и не глядит. Только Кот глянул на лешонка и зевнул, широко раскрыв розовый рот. А Кузька валяется на полу посредине избы, машет руками-ногами и привередничает:

— Не хочу! Не буду!

Баба Яга бегает вокруг, уговаривает:

— Кушай, поправляйся! Этого попробуй, пока не остыло. Того отведай, пока не растаяло.

Уложила домовенка в люльку, баюкает. Кузька сосет тюрю. Может, это и не Кузька вовсе?

Может, Яга его подменила? Съела настоящего в другом доме или спрятала, а это какой-нибудь Бабеныш-Ягеныш балуется. И думать не думает, и говорить ему лень, и слушать. А ну-ка, слыхал ли он что-нибудь про Афоньку, Адоньку, Вуколочку? Заговорил про них Лешик, и оживился Кузька, голову из люльки высунул.

— Это еще что за Афоньки-Адоньки? — вмешалась Баба Яга — Небось слаще морковки ничего не ели, ни ума у них, ни разума. Не нужны они нам, чучела такие-сякие!

— Хи-хи-хи! Чучелы! — пропищал Кузька, и Лешику стало страшно.

— А где ж волшебный сундучок, Кузенькина радость? — пропела Баба Яга, покачивая люльку. — Или вы с дедом Диадохом забрали себе чужое имущество? Я уж и то подумала: слетаю, мол, сама принесу. Нельзя грабить деточек, нельзя!

Кузька в люльке с тюрей во рту промямлил:

— Отдавай мой сундук сей же час, чучело зеленое! Ты — вор, и твой дед — разбойник! — И Кузька заснул.

Тюря упала на пол. Яга кинула ее в печь, в огонь, поглядела на Лешика:

— Сам сбегаешь за сундучком или мне, старой, свои косточки тревожить?
 

>

 
Читать другие сказки из раздела «Сборник сказок»

 

Источник: https://skazkibasni.com/23-babenysh-yagnenysh

Страница не найдена

  • Книга+
    • Казань, пр-кт Ибрагимова, д.56, ТРК 'Тандем'
    • ежедневно 10:00 — 22:00
    • 8 (843) 518-98-62
    • Подробнее

  • Дом книги
    • Казань, пр-кт Победы, д.116 'Универсам Азино-2'
    • понедельник — суббота 9:00 — 19:00 воскресенье 9:00 — 17:00
    • 8-9053-75-47-52
    • Подробнее

  • Книга+
    • Казань, пр-кт Победы, д.141, ТЦ 'Мега'
    • ежедневно 10.00 — 22.00
    • 8 (843) 567-31-19
    • Подробнее

  • Дом книги
    • Казань, пр-кт Победы, д.33
    • понедельник — пятница 9:00 — 20:00 суббота — воскресенье 9:00 — 19:00
    • 8 (843) 224-93-16
    • Подробнее

  • Книга+
    • Казань, пр-кт Победы, д.91, ТРЦ 'Южный'
    • ежедневно 10:00 — 22:00
    • 8 (843) 237-59-63
    • Подробнее

  • Дом книги
    • Казань, ул. 25-е Октября, д.20/8
    • понедельник — суббота 9:00 — 19:00 воскресенье 10:00 — 17:00
    • 8 (843) 555-21-68
    • Подробнее

  • Дом книги
    • Казань, ул. Амирхана, д.41
    • понедельник — суббота 10:00 — 19:00 воскресенье 10:00 — 17:00
    • 8 (843) 521-11-02
    • Подробнее

  • Дом книги
    • Казань, ул. Баумана, д.54/10
    • ежедневно 10:00 — 20:00
    • 8 (843) 292-15-65
    • Подробнее

  • Дом книги
    • Казань, ул. Восстания, д.42/187
    • понедельник — суббота 10:00 — 19:00 воскресенье 10:00 — 17:00
    • 8 (843) 560-76-04
    • Подробнее

  • Дом книги
    • Казань, ул. Гвардейская, д.9а
    • понедельник — суббота 9:00 — 19:00 воскресенье 9:00 — 17:00
    • 8 (843) 272-73-73
    • Подробнее

  • Дом книги
    • Казань, ул. Декабристов, д.182
    • понедельник — суббота 10:00 — 20:00 воскресенье 10:00 — 19:00
    • 563-17-31 563-17-90
    • Подробнее

  • Дом книги
    • Казань, ул. Ершова, д.1а ТГРК 'Корстон'
    • ежедневно 10.00 — 22.00
    • 8 (843) 279-32-97
    • Подробнее

  • Дом книги
    • Казань, ул. Клары Цеткин, д.13
    • понедельник — суббота 9:30 — 18:30 воскресенье 10:00 — 17:00
    • 8 (843) 555-39-17
    • Подробнее

  • Дом книги
    • Казань, ул. Кремлевская, д.25/22
    • понедельник — суббота 9:00 — 19:30 воскресенье 10:00 — 18:00
    • 8 (843) 292-13-76
    • Подробнее

  • Дом книги
    • Казань, ул. Московская, д.2 ТД 'ЦУМ'
    • ежедневно 9.00 — 21.00
    • 8 (843) 527-89-57
    • Подробнее

  • Дом книги
    • Казань, ул. Сибирский тракт, д.30
    • понедельник — суббота 10:00 — 19:00 воскресенье 10:00 — 17:00
    • 8 (843) 279-43-30
    • Подробнее

  • Дом книги
    • Казань, ул. Татарстан, д.13
    • понедельник — суббота 9:00 — 19:00 воскресенье 10:00 — 18:00
    • 8 (843) 293-54-82
    • Подробнее

  • Дом книги
    • Казань, ул. Челюскина, д.4/13
    • понедельник — суббота 9:30 — 18:30 воскресенье 10:00 — 17:00
    • 8 (843) 571-19-45
    • Подробнее

  • Дом книги
    • Казань, ул. Шмидта, д.8
    • понедельник — суббота 9:00 — 19:00 воскресенье 9:00 — 18:00
    • 8 (843) 236-27-03
    • Подробнее

  • Дом книги
    • Азнакаево, ул. Нефтяников, д.33
    • ежедневно 9:00 — 20:00
    • 8 (85592) 9-80-41
    • Подробнее

  • Дом книги
    • Альметьевск, ул. Ленина, д.42
    • ежедневно 10.00 — 19.00
    • 8 (8553) 32-55-77
    • Подробнее

  • Дом книги
    • Альметьевск, ул. Ленина, д.60
    • ежедневно 9.30 — 19.00
    • 8 (8553) 32-72-75
    • Подробнее

  • Дом книги
    • Бавлы, ул. Сайдашева, д.1а, ТЦ 'Лаек'
    • ежедневно 8.00 — 18.00

    Источник: https://bookskazan.ru/catalog/knigi/detskaya-literatura/khudozhestvennaya-literatura-dlya-detey/domovyenok-kuzka-i-babyenysh-yagyenysh/

    Читать сказку Домовенок Кузька-15: Домовенок Кузька и Бабёныш-Ягёныш — Галина и Татьяна Александровы, онлайн бесплатно с иллюстрациями

    Домовенок Кузька и Бабёныш-Ягёныш (сказка)

    И вот однажды, в один прекрасный лунный денек, решил малыш немного полетать перед сном.— Разве у Кузеньки есть крылья? — с сомнением в голосе спросила Лидочка.

    И Матвейка рассказал, что крыльев у Кузьки не было, а летал он на таком специальном аппарате — летяга называется. Летать на такой летяге можно на огромные расстояния, — вот Кузька и увлекся немножко, вот и долетел до самой Земли.

    Правда, пока он гулял, летягу его кто-то себе забрал, вот и пришлось ему на Земле остаться и из лунного человечка в домовен-ка переквалифицироваться. Ничего не скажешь, богатая фантазия у Матвейки.— Правда, я где-то слышал, что лунные человечки маленькие и зелененькие, а ваш Кузька совершенно нормальной земной расцветки.

    Но это, наверное, потому, что он уже давно на земле живет, — закончил свой рассказ Матвейка.— Бедненький, — размазывает слезы по щекам Лидочка, — а я и не знала, что Кузенька наш от родных отбился. Как же он один, без папы и без мамы?— Нечего слезы лить, — строго отвечает ей Матвейка, — надо срочно думать, как Кузьку обратно на Луну вернуть.

    — А если он на Луну не хочет? А если он у нас привык? — еще громче ревет Лидочка.Жалко ей с Кузькой прощаться, привыкла она к нему, полюбила.— Не хочет — заставим. Он еще маленький, сам не знает, в чем его счастье. Только ты ему пока ничего не говори. Вот сделаем летягу, поймаем Кузьку и отправим его на родину.

    Сначала он, может, сопротивляться будет и даже покусает нас маленько, но зато потом очень обрадуется и сам нас благодарить будет.Ой, не нравится Лидочке эта фраза братца! Сколько раз он говорил, что их все благодарить будут, а еще никто не благодарил, а, скорее, наоборот. А что поделать? Кузеньку тоже жаль.

    Сидят там, на Луне, его лунные родители, ножки с Луны свесили, смотрят в звездное небо и плачут: где-то их сынок скитается? Не голодный ли он? Не испугал ли его кто? Не ободрал ли коленки? Не получил ли «двойку»?— Я согласная, — решительно вытерла слезы девочка, — давай изобретать летягу. Садись, думай, а я буду от тебя мух и бабушку с дедушкой отгонять.

    Матвейка был очень умный мальчик. И летягу он изобрел уже на стадии ковыряния в носу. Притащил с заднего двора старое деревянное тележное колесо, выпросил у кузнеца большую пружину, приволок с речки три больших камня и начал летягу мастерить.Для начала к центру колеса прикрепил пеньковой веревкой пружину.

    Потом положил колесо на землю пружиной вниз, а сверху посадил Лидочку, чтобы пружина сжалась.— Братец, братец, а я заместо Кузеньки на Луну не улечу? — волнуется Лидочка. — А то я совсем не хочу в лунного домового превращаться.— Не боись, я вес по формуле научной рассчитал: тебя летяга не поднимет, ты толстая.

    Обиделась Лидочка, что братец ее толстой обозвал, а браниться с ним боится. Ну а вдруг и ее куда-нибудь отправит? А Матвейка прижал колесо тяжелыми камнями и разрешил Лидочке с летяги слезть.— Теперь надо только заставить сесть домовенка на колесо и столкнуть камни. Я все рассчитал, летяга точно на Луну прилуниться.

    — Ох и красивая у тебя летяга получилась, братец! — восхищается Лидочка. — Неужели Кузька с Луны точно на такой же прилетел?— Летяги все одинаковые, — со знанием дела отвечает Матвейка, — не волнуйся, сестрица: вот изобрету такую трубу, через которую Луну как на ладони видать будет, будешь на своего Кузьку каждый вечер любоваться. Обзорная труба называется.

    Обратите внимание

    А сейчас спать пошли. Утомился я тут с вами. Одному грязеед изобрети, другого на Луну отправь — замучили совсем.Только дети уснули, проснулся Кузька. Домовым совсем мало времени надо, чтобы выспаться. Примерно столько, сколько уходит у изобретателя на изобретение и строительство летяги.

    Пробежался Кузька по дому, проверил, что все в порядке, и отправился в огород. Дел у домового, как у хозяина и хозяйки вместе взятых. И за порядком в доме следить ему надо, и коровку с лошадкой проведать, и по огороду пробежаться, и шишиг перевоспитать. И как только такой молодой домовенок со всем этим справляется? Уму непостижимо!Быстро справился со своими делами Кузька и совершенно случайно наткнулся на летягу.

    — Ой, каруселька! — обрадовался Кузька. — Видать, пока я спал, Матвейка что-то полезное смастерил.

    Нравится домовенку каруселька: маленькая она, как раз для него и шишиг сгодится. Только вот крутиться никак не хочет.Толкает ее Кузька, толкает — никакого результата. Наконец догадался домовенок, что работать карусельке мешают те три булыжника, что лежат на ней сверху.

    Забрался домовенок на тележное колесо, поднатужился и столкнул первый булыжник. Напрягся и выкинул второй. Эх, если бы он только знал, что это никакая не каруселька, а самая настоящая летяга, то и пальцем бы не притронулся к третьему. Но Кузька этого не знал.

    Когда строилась летяга, он спал себе спокойно на печке, а Баюнок отгонял от него тараканов…Утром Матвейка и Лидочка попили молока и побежали к лопухам, где они спрятали летягу. Все было как прежде: так же покачивались в такт ветерку лопухи, так же легкомысленно щебетали птички, так же гоняли крыльями воздух бабочки.

    Только на месте летяги лежали три больших тяжелых булыжника.— Все ясненько, — почесал затылок Матвейка, — у наших людей просто удивительная любовь к летягам. Теперь-то ты мне веришь, что Кузькину летягу точно так же стащили, стоило оставить ее без присмотра? Придется строить новую.— Матвейка, а ты не видел сегодня Кузеньку? — заволновалась Лидочка.

    Посмотрели дети друг на друга и бросились искать домовенка. И в мышиные норки покричали, и в лошадкиной гриве поискали, и даже подсолнухи все проверили: нигде нет Кузьки.— А Кузенька дома не ночевал, — высунула голову из-под лавки шишига Юлька, — как вечером ушел, так и не вернулся. Шама волноваюсь.— Это еще кто? — удивился Матвейка.

    — Шишига я, — представилась Юлька, — зовут Юлькою, а фамилию шама не знаю. Раньше не показывалась, потому что штешнялась. Мы, шишиги, больно заштенчивые.Ничего не понял Матвейка. Кто такая шишига, откуда она взялась, чего под лавкой делает. Но спрашивать не стал. Сначала надо Кузьку найти, а потом спрашивать.

    Подумал-подумал Матвейка и говорит:— Все ясно! Он просто улетел на родину. Увидел летягу, решил, что это нашлась его родная летяга, и улетел.— Чего же он со мной не простился? — вытирает слезы Лидочка. — Я же к нему привыкла, я же его полюбила.

    — Выше нос, — командует Матвейка, — мы сделали великое дело! Теперь он уже дома и рассказывает всем о великом изобретателе Матвее и его сестрице Лидочке.Послушалась Лидочка, задрала повыше нос и увидела на крыше… летягу! Лежит себе спокойненько летяга на крыше, прочно зацепилась пружиной за конек, а на старом деревянном тележном колесе два аиста гнездо вьют.

    — А где же Кузенька? — шепчет Лидочка, — неужели с крыши свалился?

    Глава 9. На что клюет счастье

    Когда летяга взвилась в ночное звездное небо, Кузька орать не стал. Совсем не потому, что не испугался: кто же не испугается, если обыкновенная каруселька под твоими ногами ни с того ни с сего отправляется куда-то по своим делам? Кузька не стал орать, потому что просто не успел.

    Полет продолжался всего несколько мгновений, за такое короткое время не только наораться вдоволь не успеешь, но и зевнуть-то толком времени нет.Опустилась летяга, понятно, не на Луну, а на крышу родной Кузькиной избы. Наверное, не так уж и хорошо рассчитал Матвейка дорогу на Луну. Совсем немного промахнулся.

    Посидел Кузька на крыше, глазками поморгал, подождал, когда дар речи к нему вернется, и только собрался на Бабеныша Ягеныша из города ругаться, как зашелестели над его головой крылья и сели на крышу рядом два красивых белых аиста.

    — Вот видишь, я же говорила, что это колесо уже занято, — печально сказала аистиха супругу, — какой-то воробей лохматый первый сел.— Простите, — очень вежливо прервал их Кузька, — но я вовсе не воробей. Я вовсе домовой.— Вот времена пошли, — вздохнул аист, — уже домовые гнезда вить начали.

    Важно

    К чему мир катится?— Простите, — опять очень вежливо прервал их Кузька, — но мне и в избе неплохо живется. А тут я так просто сижу, свежим воздухом дышу, на звезды любуюсь.

    — Может быть, на восход солнца? — деликатно поправил его аист. — Звезды уже, кажется, померкли. Утро на дворе.

    — Утро? — всплеснул руками домовенок. — Ой, мамочки, а у меня коровка еще не знает, на каком лугу трава слаще. Помогите-ка мне отсюда спуститься. А то я высоты боюсь.— Так вы уходите? — обрадовалась аистиха.

    — А не будете ли вы возражать, если мы на вашем месте гнездо совьем? Если захотите, будете как прежде сюда подниматься, смотреть на звезды, из гнезда это даже удобнее. А потом детки наши выведутся. Я думаю, вы с ними подружитесь.— Вы? Гнездо?Только сейчас понял Кузька, какое счастье ему привалило.

    Предназначение домового — заманить в дом, в котором он живет, счастье. А каждый образованный домовой знает, что лучше всего счастье клюет на аистов. И дом, крышу которого изберет аистиная пара, никогда уже не покинут радость, веселье и везение.

    Как только не заманивали домовые аистов на свои крыши: и крошки хлебные крошили, и картинки красивые рисовали, и валерьянкой брызгали — никакого толку. Пролетали аисты мимо их деревни в другие края. А оказалось, что этим птицам нужны не картинки, не крошки и даже на валерьянка, а простое старое деревянное тележное колесо.

    Уж больно удобно на нем гнездо вить!— Оказывается, невиданный прогресс науки и техники может приносить пользу, а не только одно расстройство, — радуется Кузька. — Оказывается, путь к настоящему открытию всегда лежит через безобразия, бабахи и неприятности.Кузька всегда был добрым домовенком, и для друзей ему было ничего не жалко.

    Другой бы еще сто раз подумал, отдавать за так свое великое открытие или конфетку потребовать, а Кузька думать не стал. Пробежал он по деревне, в каждый дом стучится, каждого домового вызывает: и совсем стареньких дедушек, и совсем сопливых домовят. Вызывает и рассказывает, что надо делать, чтобы счастье найти.

    Шум в деревне, переполох — не так уж и много беспризорных тележных колес валяется, да и с пружинами у кузнеца сложно. Притомился Кузька. Пока все дворы обежал, совсем замаялся, даже про хозяйство свое ни разу не вспомнил.

    (Нет голосавших)

    Loading…

    Предыдущая

    Мистер Фокс — Английская сказка

    Следущая<\p>

    Две козы — Жан де Лафонтен

    Источник: http://vini-puh.ru/aleksandrova-tg/domovenok-kuzka-15-domovenok-kuzka-i-babyonysh-yagyonysh-galina-i-tatyana-aleksandrovy/6/

    Глава 1. «А у нас в Антарктиде»

    Глава 1. «А у нас в Антарктиде»

    — Охти мне, батюшки, охти мне, матушки, — мечется по избе домовенок Кузька, — ставни не покрашены, печка не побелена, на полу бумажка от конфетки валяется. Позор на мои лапти!

    Чуть не плачет домовенок. Вот-вот гости на пороге покажутся, а изба еще не в полной готовности. А для домовых самый страшный позор, если гости непорядок в их владениях заметят. Разнесут гости по всему белому свету весть о бесхозяйственном домовом и будут звать такого домового некошным. И лапы ему никто не подаст.

    И главное — не так уж и виноват Кузька. Было бы у него время — заставил бы дедушку ставни покрасить, попросил бы бабушку печь перебелить, велел бы Лидочке, внучке их, бумажку с пола поднять.

    Лидочка была хорошая девочка, но вот никак не могла с бумажками справиться: так они и сигали у нее из рук на пол, так и сигали! Надо сказать, что раньше Кузька дружил со старшей сестрой Лидочки — Анюткой, но сейчас Анютка выросла и перестала замечать домового.

    Совет

    Есть у людей такая непонятная особенность: видят их только совсем маленькие, как Лидочка, и совсем старенькие, как бабушка Настасья.

    Итак, сейчас у Кузьки не было самого главного — времени. Только сейчас сказала Лидочка, что должен приехать к ним на лето братец двоюродный из города — Матвейка.

    — Из города? — перестал на время причитать Кузька. — Не знаю такого. Что это? Далеко это?

    Лидочка сама никогда не была в городе, но от дедушки про город слыхала. Правда, она не очень верила во все, что рассказывал дед.

    — Город — это такая больша-а-ая деревня. Ну если бы к нашей еще соседнюю приставить. Людей там — видимо-невидимо. И все бегают, как мураши в муравейнике, и все спешат.

    — Стоп-стоп, — перебил ее нетерпеливый домовенок, — куда спешат-то? На пожар или собрание?

    — Про пожары дедушка ничего не рассказывал, — немного подумав, отвечает Лидочка, — в собрание, верно. И так спешат они в это собрание, что не успевают не только про здоровье родственников расспросить, но и поздороваться.

    — Ух ты! — удивился домовенок.

    Уж он-то никогда бы не прошел мимо встречного домового. И про его родных поспрашивал бы, и про своих рассказал. И про Нафаню, и про Сюра, и про Афоньку, и про Адоньку, и про Вокулочку, и про Сосипатрика, и про Лютонюшку, и про Кувыку. Да мало ли родственников у домовенка!

    — И так им там, бедным, тесно, что живут они на голове друг у друга.

    — Ой, мамочки, — охрип от перепуга Кузька, — прям так и бегают по улицам? Один снизу, а другой сверху?

    — Нет, — успокоила его Лидочка, — бегают они нормально, по одному, а вот дома друг на дружку ставят.

    — И огороды ставят? — не поверил домовенок. — И коровники?

    — Нет у них ни огородов, ни коровников, — опустила голову девочка, — негде им клубнички сажать, негде коровок пасти.

    — Ой, папочки, — еще больше охрип домовенок, — и такие люди к нам в гости едут?

    — Только один такой. И то — маленький.

    Задумался Кузька. Это что же получается? Живут они тут, горя не знают, а на свете такое делается! Такое! И никто тревогу не поднимает. Никто не реагирует. Никто спасать городских жителей не бежит. И куда только их домовые смотрят? А он-то за небеленую печь волновался!

    — Мы этого вашего Матвейку голубить будем, — решил он, — молочка попробовать дадим, на травку гулять выпустим, коровку покажем.

    — Едут, едут, — прервал его крик со двора, — гости едут.

    Матвейка оказался совсем не таким, каким представлял его Кузька. Домовенок думал, что приедет чумазенький ребенок с тонкими синими ручками, будет все время бегать по кругу, озираться и пытаться кому-нибудь на голову забраться. А Матвейка был совсем не похож на городского; щеки круглые, уши солидные, взгляд важный, рубаха алая, козырек блестящий.

    — Что-то тут не так, — решил Кузька, — никак Баба Яга нашего бедного Матвейку в полон забрала, а этого сытого Бабеныша Ягеныша нам подсунула.

    А того не понимает Кузька, что не резон Бабе Яге тощего мальчишку забирать, а толстого отдавать. Тощего-то еще откормить надо — что на жаркое, что на супчик.

    Решил домовенок спрятаться до поры, до времени и понаблюдать, что этот щекастый Матвейка делать будет. Для домовенка спрятаться нет никакой трудности. Захочет — в любую щель пролезет, захочет — невидимым сделается. Если успеет. Сделался Кузька невидимым и сел на загнетку, ножки свесил. Ему-то с печки всех видно, все слышно.

    Сидит Матвейка за столом, все вокруг него собрались, радуются: бабушка блины подкладывает, Лидочка сметану поближе пододвигает, дед просто так сидит. Дедушкам не положено за столом хозяйничать. У дедушек других забот полно.

    — Да что там ваши куры! — важничает Матвейка. — Есть такие куры, что яйца несут размером с крынку.

    — Это в городе? — не верит Лидочка. Говорили же ей, что в городе места нет для курятников.

    — Нет, не в городе, в Антарктиде, — отвечает Матвейка. — Страна такая есть на юге. Эти куры и в упряжках бегают, и вместо собак на цепи сидеть умеют. Лаять — не лают, а клюнут — мало не покажется.

    — Так это не кура, это просто незаменимая животина получется, — завидует дедушка, — вот бы нам такую на двор! А то от Тобика одна польза — гавкает громко, а яиц не несет, в упряжке не бегает. И как же это чудо природное называется?

    — Живафа, — отвечает Матвейка, пытаясь прожевать целый блин, засунутый за щеку.

    — А вот и не жирафа, не жирафа! — кричит Лидочка. — Жирафа у меня в книжке есть и кроме красоты от нее никакой пользы — только листья, как гусеница ест.

    — Ну не жирафа, — справляется с блином Матвейка, — а страус. Уж и забыть нельзя. До чего же ты, сестрица, придирчивая.

    Обратите внимание

    Засмущалась Лидочка: и правда, негоже перед гостем умничать, в неловкое положение его ставить. А Матвейке хоть бы хны. Знай, накладывает себе сметану на блин.

    — Ну, Лидочка, развлекай гостя, а я пойду Буренку доить, — поднимается бабушка.

    В деревне, конечно, все не бегают, как в городе, но и сидеть за разговорами времени нету, За бабушкой и дед ушел — кроме него, никто корове и лошадке сена не накосит.

    — А я, — решила тоже прихвастнуть Лидочка, — с домовым дружу. И не только с ним, но и с шишигой, и с кикиморой запечной знакома.

    — Сказки, — облизал пальцы Матвейка, — в наш век невиданного прогресса науки и техники стыдно верить в бабушкины сказки.

    Примолкла Лидочка. И чего это она, право? Человек из города приехал, прогресс науки и техники, может, своими глазами видел, а она ему — про домовых. Про обычных домовых, которых навалом в каждом доме, не то, что жирафов.

    — Это я бабушкины сказки? Это в меня стыдно верить? — мечется Кузька на печи. — Ну ладно, я вам всем покажу сказки. Вот устрою забастовку, посмотрю, как вы без моей помощи хозяйство вести будете. И никакие чудо-куры вам не помогут!

    Источник: https://librolife.ru/g2792615

    Сказки. Страница 11

    Жанры книг

    Сортировать как: по популярности

    Сказочная повесть «Урфин Джюс и его деревянные солдаты» является продолжением сказки А.Волкова «Волшебник Изумрудного города». В ней рассказано, как злой столяр Урфин Джюс смастерил деревянных солдат и завоевал Волшебную страну. На выручку ее обитателям поспешили Элли и ее дядя, моряк Чарли Блек.

    Один из лучших мастеров перевода Борис Заходер сумел передать тонкий юмор автора, сохранить обаяние и своеобразную философию его историй. И взрослые получат не меньшее удовольствие от этой книги, чем дети, встречаясь с домовыми и русалками, водяными и лешими, принцессами и драконами, а также путешествуя с великим сыщиком в поисках неуловимого волшебника.

    Имя его было Аю, и он пришел из степи. Так говорили. Правды-то никто не знал. Только старики, иссохшие и коричневые от солнца, помнили, как однажды Аю вошел в деревню с востока. В то утро дул сильный ветер; он гнал клубы пыли по земле и тучные облака по небу. Сторожевым приходилось несладко.

    Наверно, потому и проглядели зоркие глаза, когда, кутаясь в лохмотья, проскользнул через открытые ворота мальчик. Волосы его были грязны и спутаны, как собачья шерсть. От него пахло дымом, гарью и сладкими цветами харем-нар, чьи белые корни прорастают на курганах сквозь кости мертвецов…

    В четвёртой книге волшебная шкатулка переносит девчонок, Элли, Саммер и Жасмин, прямо на морское дно! Что ожидает их в Подводном царстве? Новые друзья – русалки и тритоны, морская лошадка Рози и прекрасная волшебная Жемчужина желаний. А ещё конечно же коварная королева Злюка со своими помощниками – урагашками.

    Английская писательница Диана Уинн Джонс считается последней великой сказочницей. Миры ее книг настолько ярки, что так и просятся на экран. По ее бестселлеру «Ходячий замок» знаменитый мультипликатор Хаяо Миядзаки, обладатель «Золотого льва» – высшей награды Венецианского кинофестиваля, снял одноименный анимационный фильм, завоевавший популярность во многих странах.

    Кристофер Чант – очень необычный мальчик, только пока он об этом не знает. Ему очень одиноко на свете: маму он видит редко, а папу – еще реже, и оба такие чопорные и так заняты своими делами, что хоть из дому беги. Но из огромного, богатого особняка в Лондоне не очень-то сбежишь. И тогда Кристофер начинает путешествовать по разным мирам – во сне.

    Важно

    По крайней мере, до поры до времени он уверен, что во сне. Именно там, в соседних мирах, ему суждено найти новых друзей, в том числе немного таинственного Такроя, девочку-волшебницу Ашет (живое олицетворение древней богини), запертую в мраморном храме, полном кошек, и грозного рыжего кота Трогмортена.

    А еще ему предстоит ввязаться во множество приключений сразу и узнать, какое отношение к его странствиям имеет Крестоманси – главный волшебник всех миров.

    В третью книгу литературного наследия горско-еврейского поэта, сказочника и фольклориста Амалдана Кукуллу включены двенадцать сказок, из которых семь публикуются впервые, равно как и сказки-потешки о Малахиме-арбечи.

    Тексты приведены без изъятий и купюр с оригинала авторской рукописи.

    Третья книга продолжает тематику двух ранее вышедших книг сказок из коллекции Золотой сундук Амалдана Кукуллу, куда, кроме сказок, входят пословицы, поговорки, поэтические и изыскательские работы талантливого писателя.

    After an exciting magical search, Dorothy and her friends present Princess Ozma with a surprise birthday cake.

    Источник: https://goldenlib.ru/knigi-detskie/skazki/page-11

Ссылка на основную публикацию